"Люди в масках – это все, что он видел"

Автор: Мано Сванидзе

09.11.21

По просьбе Chai Khana талантливые фотографы из Армении, Азербайджана и Грузии побеседовали с женщинами о реалиях материнства во время пандемии — о цене их здоровья, влиянии на отношения и о том, как данный опыт сформировал их личность как родителей.

Результат – интимный портрет женщин и их уникальные взгляды на то, что значит быть матерью, и как боль, жертвы, а также неожиданные радости последних 20 месяцев повлияли на них и их детей. 

Кто-то оказался отрезанным от своих детей или родителей, лишился поддержки, на которую рассчитывал. Для других пандемия и последующие ограничения обернулись неделями повышенного риска и страха. А для некоторых счастливчиков ограничения на передвижение, продиктованные пандемией, позволили замедлить ритм жизни и насладиться волшебным хаосом воспитания детей, не отвлекаясь ни на что другое.


Гванца Маргвелашвили, 29 лет; Лиза, 4 года; Николоз, 15 месяцев


Когда началась пандемия, 29-летняя Гванца Маргвелашвили ждала второго ребенка. В качестве меры предосторожности она находилась на самоизоляции со своим мужем и дочерью. «Когда мы впервые услышали про локдаун, то не восприняли это всерьез и думали, что все скоро закончится».

«Мы столкнулись с проблемами, которые я никогда раньше не могла себе вообразить. Нашей дочери Лизе в то время было три года, и дома ее невозможно было угомонить.  Ради нее мы решили переехать в дом нашей семьи в пригороде на четыре дня. Но пандемия набирала обороты, и мы остались там надолго. Поскольку мой папа работал и каждый день общался с другими людьми, мама решила не навещать нас ради моей безопасности. Я не виделась с ней около трех месяцев».

«Мы столкнулись с проблемами, которые я никогда раньше не могла себе вообразить. Нашей дочери Лизе в то время было три года, и дома ее невозможно было угомонить.  Ради нее мы решили переехать в дом нашей семьи в пригороде на четыре дня. Но пандемия набирала обороты, и мы остались там надолго. Поскольку мой папа работал и каждый день общался с другими людьми, мама решила не навещать нас ради моей безопасности. Я не виделась с ней около трех месяцев».

«В тот период я была очень напряжена. Стерилизовала все, от еды до одежды. Я работала из дома и совершенно потеряла чувство времени. Это было уже слишком… Ночью я изо всех сил пыталась заснуть, потому что все время думала о том, что будет дальше и как нам жить».

«Когда подошел мой срок, было всего 19 случаев Covid-19. Мысль о родах во время пандемии усилила мой стресс. Теперь, когда ситуация с Covid-19 ухудшилась, я счастлива, что родила в прошлом году, а не сейчас, когда цифры так высоки.

Николозу сейчас почти год. Люди в масках – это все, что он видел. Он легко узнает людей, учитывая, что некоторых из них он не видел без маски. Для него это нормально.  Лизе все еще трудно, и она часто смущается, когда на ком-то маска».


Макуна Гочиашвили, 32; Мишо, 11; Габриэль, 9; Петре, 6

Когда началась пандемия, 32-летняя Макуна Гочиашвили перешла с очного преподавания на онлайн-уроки. Очень быстро Макуна поняла, что ей придется принять несколько  непростых решений, если она хочет продолжать работать. «Нанять няню было невозможно: общественный транспорт не работал, няня не смогла бы приехать… Работать при детях не получалось, поэтому у меня возник план: в те дни, когда я работала, дети оставались с бабушкой и отцом, а по выходным  были дома со мной».

«Для меня и детей все это оказалось огромным стрессом, потому что обычно они были со мной в течение недели, а с папой и бабушкой – в выходные. Их мир перевернулся с ног на голову. Когда весь транспорт перестал ходить, я даже не могла договориться о том, чтобы дети приезжали домой на выходные, поэтому мы оказались в разлуке на несколько недель. Было тяжело».

«Пандемия помогла мне осознать, что я игнорировала свои потребности. Дала понять, что нужна квартира побольше, детям нужно личное пространство, как и мне самой. Я многое поняла, и думаю, что другие также стали более основательными и начали смотреть в лицо реальности. Проблемы, которые у нас были, и дискомфорт, который мы испытывали из-за нехватки места дома, стали более заметными. После окончания первого локдауна мы переехали в другую квартиру, побольше, а еще я сменила работу и начала организовывать походы на свежем воздухе для детей. Поэтому со вторым локдауном было гораздо легче справиться эмоционально. Теперь я больше подготовлена ко всему»


Хатия Гураспашвили, 29 лет, Текла, 4 года; Марта, 20 месяцев

Пандемия началась сразу после того, как 29-летняя Хатия Гураспашвили родила второго ребенка, Марту. 

«До пандемии я была мамой на полную ставку, но во время пандемии я почувствовала себя одинокой. Мои друзья не могли навещать меня. Единственный шанс немного отдышаться был во время наших прогулок в парке, но я упустила и эту возвможность из-за своих страхов по поводу Ковида».

В конце концов, однако, я устала бояться и начала понемногу выходить на улицу. Я поняла, что мы не сможем вечно прятаться. Когда я вышла на прогулку, это было подобно чуду. После этого все медленно вернулось на свои места.


Кети Никабадзе, 32 года; Муртаз Чиковани, 30 лет, и близнецы Луна и Нэнси, 2 года


Кети Никабадзе во время пандемии родила близнецов. Она рассказывает, что ее муж Муртаз поровну делит с ней обязанности с тех пор, как родились девочки, и это облегчило семье жизнь в условиях изоляции 2020 года.

«В общем, мне было трудно решиться завести ребенка. У меня были эти высокие экзистенциальные дилеммы по поводу рождения детей в мире, в котором мы живем. А потом я узнала, что жду не одного, а двух. Я не до конца понимала, что я мать близнецов».

У меня была послеродовая депрессия, и пандемия все только ухудшила. Все, о чем я могла думать, это как хорошо, что они маленькие и еще не ходят в школу. Что они не могут осознать проблемы того времени. Это переживали мы, а не наши дети, и я была счастлива, что они не страдали. Я надеюсь, что все это закончится к тому времени, когда они вырастут.

«Когда я пытаюсь вспомнить что-нибудь о том времени, у меня возникает ощущение, что все это было сном. Я утратила всякое чувство реальности… Детям сейчас два года, и первый год прошел как во сне. У меня был очень трудный послеродовой период, и хотя я проходила терапию, все это по-прежнему кажется нереальным. Как будто я начала по-настоящему переживать только спустя год».

«C детьми так легко, они такие нежные и милые. Все это время они были тем, что поддерживало меня. И именно поэтому я становлюсь все лучше и лучше».

«Меня часто спрашивают, помогает ли мне мой муж; я терпеть не могу слово «помогает» в этом контексте. Это не помощь. Это разделение обязанностей поровну. Мы делаем абсолютно все то же самое, и часто он справляется даже лучше меня…».

Я думаю, что каждый без исключения отец должен быть именно таким. Мы оба каждый день приходим с работы усталые, оба торопимся домой, чтобы увидеть детей и побыть с ними перед сном. Если бы не мой муж, я действительно не смогла бы провести с детьми эти несколько месяцев изоляции. Его огромная заслуга в том, что я не сошла с ума… Я очень счастлива, что моим детям повезло с таким отцом, как он. У меня самой в детстве не было отца, и для меня радость вдвойне наблюдать за прекрасными отношениями моих девочек и их отца; тем, что это значит, когда отец так активно участвует в жизни ребенка».

ПОДДЕРЖИТЕ ПЛАТФОРМУ CHAI KHANA!
Мы являемся некоммерческой медиаорганизацией, создающей контент на темы, а также о группах населения, которые часто игнорируются основными СМИ. donation.stories.donate-text
Сделать взнос