Непритязательные передние ворота на улице Иетима Гурджи, 4 ведут к калейдоскопу деревянных балконов, резных аркад, винтовых лестниц и буйству хаотично нависающих электрических проводов, а, если повезет, еще и к неумолкающему гулу голосов.

Добро пожаловать в эзо, или грузинский дворик. На грузинском соседи переводятся как  “мезоблеби”, дословно — “люди, которые разделяют двор”. А дворик на улице Иетима Гурджи очень похож на коммунальную квартиру с большим количеством обитателей.

Это место причисляют к 1 600 объектам исторического наследия старого города столицы. Сейчас там проживают 18 семей, а раньше оно принадлежало армянскому бизнесмену и филантропу господину Караджаняну, который был вынужден бежать в советский период. Правительство экспроприировало его дом, как и многие другие, и с тех пор члены его семьи там больше не живут.

Тбилиси является столицей Грузии с 458 года, а в эту центрально расположенную Южно-кавказскую страну с давних пор проходили торговые пути, соединяющие восток и запад. Таким образом город стал неким уникальным котлом, где синагоги соседствуют с церквями и мечетями — явное свидетельство религиозного плюрализма страны.

Ее местоположение привлекало также и орды захватчиков — арабы, персы, монголы и турки — несколько раз уничтожали страну. Последнее персидское нападение и битва в Крцаниси 1795 года ознаменовали конец независимого Королевства Картли и Кахети и начало господства России в Грузии.

Следовательно, большинство зданий Старого города относятся к XVIII столетию, однако узкие улицы, тесные лабиринты и крупные дома создали общественные, ставшие важными элементами городской социализации.

Для Циры Элисашвили эзо олицетворяет многокультурное прошлое и настоящее столицы, которое на протяжении веков формировало его социальную и городскую структуру.

“Их по ошибке называют “итальянскими дворами”, но [таких построек] нет в Италии. На самом деле они были органически созданы самим городом”, — объясняет 40-летний художник, который в 2005 году учредил ассоциацию "Тифлис Амкари" для сохранения исторического и культурного наследия города.

“Все началось во время советской оккупации, когда правительство подталкивало людей всех слоев, этнических представителей и носителей различных языков жить вместе в этом коммунальном пространстве. Грузины же посчитали, что звучащий языковой “хаос” напоминает итальянскую манеру разговаривать”.

Архитекторы считают, что эзо больше напоминает усовершенствованную версию персидского караван-сарая, где квадратное кирпичное сооружение было заменено неровной постройкой из различных материалов: дерево, железо и стекло.

География — это судьба, которая влияет на архитектуру и городское пространство, говорит архитектор и городской планировщик Иракли Жваниа.

“[Во всем мире] люди, живущие на севере, из-за холодной погоды вынуждены почти всегда находиться в помещениях. В странах с более теплым и солнечным климатом, как в Средиземноморье, местное население может проводить время на улице, общаться с людьми”.

Тбилисские дворики отражают этот открытый коммуникационный инстинкт, где площадки являются посредниками между частным и общественным пространствами.

Шарм этих двориков постепенно пропадает. В 1975-ом году советские власти объявили большую часть Старого города историческим районом, но не смогли разработать план по его сохранению. Десятки лет пренебрежительного обращения оставили след на тысячи балконов, лестниц и фасадов, а сами здания находятся в аварийном состоянии.

“Неужели люди там до сих пор живут?”, — такой вопрос туристы часто задают гиду Левану Гиоргадзе. Молодому человеку часто стыдно признаться, что власти не обращают на эти здания никакого внимания.

“Иногда рассказываю им, что чиновники регулярно проверяют состояния домов и их условия. Объясняю, что процесс реабилитации требует времени и денег”, — говорит он.

1990-е годы нанесли вред не только грузинскому обществу, но и его постройкам. После распада Советского Союза в стране началась гражданская война, которая привела к  коррупции, росту уровня бедности, грабежу и повреждению зданий. В апреле 2002-ого года случилось землетрясение магнитудой 6 баллов. Сотни домов были разрушены и еще больше повреждены.

До 2010-ого года вопрос реконструкции Старого города и большого исторического наследия столицы никогда не вставал на политическую повестку дня. Тогда был создан государственный Фонд развития Тбилиси, которому было поручено сохранить и восстановить исторические местности. С тех пор власти взялись за такие районы, как Клдисубани, Абанотубани, Рике, проспект Агмашенебели, однако результат был неоднозначным. Архитекторы, градостроители и художники критиковали методы реставрации или, скорее, их отсутствие, утверждая, что Фонд только испортил большинство построек.

“Они считают, что для восстановления просто нужно придать зданиям “хороший вид”, но реабилитация может быть только качественной или низкокачественной, — говорит Элисашвили. — Для получения результата необходимо соблюдать определенные процедуры, но городских властей в основном это не волнует”.

Хотя эксперты утверждают, что в процессе реабилитации здания теряют исторические элементы, жители с нетерпением ждут любой помощи, иначе дома рухнут.

“Балкон скоро провалится, но мэрия запрещает нам его трогать, говорят, что это культурное наследие. Вот его никто и не ремонтирует”, — говорит Чичакян; ее дому присвоена третья категория аварийного состояния.

Фонд развития Тбилиси отказался дать комментарий для Chai Khana.

Безразличие также сказалось и на жителей дворов. “Большинство его давних обитателей бедны, а бедность вынуждает людей продавать собственность”, говорит 60-летняя Элисо Гегечкори.

Как и те грузины, которые пережили тяжелые года 1990-х, 58- летней  Елисо,  тоже есть что рассказать.

“[В то время], когда люди буквально стреляли на улицам мы даже зажигали костер на балконе, чтобы не замерзнуть зимой”.

Несмотря на распад здания, такие воспоминания и жизнь,праведенная в эзо, являются частью причины, по которой она, как и многие другие, намереваются остаться на месте.

Комментарий редакции: Зура Баланчивадзе работает гидом в Старом Тбилиси.